Зимние Мшенцы

Было начало ноября 2016 года. В Москву только что пришла зима, залившая город ледяным дождем и запорошившая первым снегом. Мне предстояло съездить в Санкт-Петербург, а на обратном пути заехать на Валдай, завершая подготовку нашей книги об озере Пирос. В Санкт-Петербурге был обильный снегопад и многочасовые пробки. Мне говорили — не езди на машине. Лучше на поезде, но как тогда перемещаться по городу и съездить на Валдай? В итоге, все-таки поехал на машине, и поездка сложилась наилучшим образом. И людям помог, и успел сделать множество дел в Санкт-Петербурге.

На обратной дороге мой путь лежал в деревню Гарусово, что находится недалеко от Бологого. Гарусово примечательно тем, что здесь когда-то Н.К.Рерихом был написан его знаменитый очерк «Чаша Неотпитая», посвященная родникам во Мшенцах, в которых он увидел образ всей России — полной тайных, неизведанных сокровищ, ждущих тех времен, когда народ осознает их и бережно и творчески применит на благо жизни. Сами Мшенцы находятся совсем рядом с Гарусово.

Вдоль всей дороги были следы прошедших снегопадов. Большие сугробы, кое-где лишь чуть очищенная трасса. Валдай же встретил самой настоящей зимней сказкой. После поворота на Боровичи дорога была совершенно не чищенной, и поля и леса были укрыты слоем снега по колено глубиной.

Река Валдайка после снегопада

Не доезжая до Лыкошино, нужно повернуть направо по указателю на Бологое, и совсем скоро на дороге будет указатель — «Гарусово». Местный проселок с едва наезженной колеей уводит сначала в тоннель под железной дорогой, затем уходя в густой лес. Перед Гарусово сначала проезжаем маленькую деревню Заключье, которая, впрочем, весьма примечательна, а затем по правую руку будет большое озеро. Здесь и начинается Гарусово. Однако деревня стоит на двух озерах, второе из которых начинается чуть дальше. Фактически, деревня стоит на узком перешейке между двумя озерами. На противоположной деревне стороне дальнего озера, на высоком холме стоял когда-то дом-усадьба «Сменцово» санкт-петербургского архитектора А.С.Хренова, у которого летом 1916 года был в гостях Н.К.Рерих. Здесь, в Сменцово, и была написана «Чаша Неотпитая». В это время шла Первая мировая война, в России уже были первые признаки грядущих волнений и великих перемен. Словно предчувствуя их, Рерих видит в чудесном роднике среди широкого луга образ любимой страны, ждущей своего великого будущего. А может быть, предчувствует художник и свое грядущее служение ей. И затем, вернувшись в Сменцово, среди красоты окружающих озер кладет эти, столь яркие, впечатления, на бумагу.

Гарусово

Усадьба Сменцово находилась слева на берегу озера, который не вошел в кадр. Остатков усадьбы на холме не сохранилось. Последние камни фундамента были выкорчеваны местными жителями несколько лет тому назад. Однако в соседней деревне Заключье сохранился удивительный загородный дом А.С.Хренова, как говорят местные — замок.

Дом поражает нас сказочностью своих форм. Здесь и башня, и балконы с восточными орнаментами (явно виден символ буддийского «Колеса Учения» на балконе, украшающем башню), и цветочный декор, и одновременная строгость форм сложенного из добротного камня здания. Дом был расписан яркими красками, как снаружи, так и внутри, где еще сохранился старый, строгий, но изысканный интерьер, и даже cейчас, спустя десятилетия обветшания, усадебный дом производит совершенно поразительное впечатление. Можно представить, каким ярким он был в начале XX века! Дом стоит на высоком холме над нижележащим озером, окруженный густым сосново-еловым лесом. Ощущение, что находишься баварских или швейцарских Альпах. «Валдайский Нойшванштайн» — так я мысленно назвал его. Да, здесь царствует самая настоящая сказка. Впрочем, вся эта архитектурная изысканность становится понятной, когда узнаешь, что А.С.Хренов был создателем такого чуда, как Казанский собор, который для многих является главным образом Санкт-Петербурга.

После Гарусово заехал и во Мшенцы. Берега «Неотпитой Чаши» были укрыты полуметровым слоем снега, в котором не было видно ни единого следа. И среди окружающего белого простора черная гладь воды была чудом, загадкой, где из глубин Матери-Земли на поверхность выходила пульсация новой жизни, которая бодрым журчанием ручьев уходила в необъятную валдайскую даль.

Как сказано в книге «Озарение»: «Нет худшей несоизмеримости, как отложить зовущее действие». Не будем слушать тех, кто пытается отговорить нас от исполнения интересных и важных задач, хотя бы на этом пути были трудности и кажущиеся опасности. Иначе мы никогда не прикоснемся к сказке.

Как не ведают о ней те, кто ездят по трассе Москва — Санкт-Петербург и не подозревают о тех сокровищах, что скрыты в лесах всего лишь в нескольких километрах в стороне от дороги.

Запись опубликована в рубрике По следам Рерихов, Россия. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Комментарии запрещены.